Главная – Журналы – Принятые к публикации статьи

В статье рассмотрены особенности геопозиции двух наиболее сильных землетрясений Алтае-Саянской горной области в 2025 году: Бельтирского с ML=6.4 и Курайского с ML= 5.7, произошедших на противоположных гранях Чаган-Узунского блока. Получены данные об афтершоковых процессах этих землетрясений. Показано, что события произошли вблизи очаговой области Чуйского землетрясения 2003 г., но в то же время вне её. Изучение событий 2025 г. проведено с учетом имеющихся данных об афтершоковой активности Чуйского землетрясения. Показано, что Чуйское землетрясение приурочено к сдвиговой зоне одноимённого разлома и охватывает линейную область вдоль одной из граней Чаган-Узунского блока. Сам блок в момент главного события вовлечён в очаговую область в виде слабых землетрясений под ним на глубинах 10-20 километров (сейсмоактивный слой, примыкающий к очаговой области Чуйского землетрясения). Механизмы Бельтирского и Курайского землетрясений – взбросы, тогда как механизмы всех сильных афтершоков Чуйского землетрясения – сдвиги. Оба землетрясения сформировали афтершоковые процессы слабой интенсивности. Очаги главных событий и большинство афтершоков фиксируются на малых глубинах с максимумом на глубинах порядка 3-5 км. Землетрясения 2025 г. являются развитием сейсмичности Алтая в ближней зоне от Чуйского землетрясения как ответная замедленная во времени реакция структуры блоков, испытавших изменения напряжённого состояния при воздействии крупного землетрясения.

Приведены результаты изучения вещественного состава руд орогенного золоторудного месторождения Маринское, расположенного в Аллах-Юньской металлогенической зоне Охотско-Корякского металлогенического пояса (Южное Верхоянье). Месторождение формировалось в надсубдукционной обстановке в течение трех дискретных этапов рудообразования: раннерудного (титонский век позднего мела), позднерудного (аптский век раннего мела), связанного с эксгумацией ранних рудовмещающих комплексов и телескопировании поздней минерализации на раннюю и пострудного. Основной жильный минерал руд – кварц, менее распространены – Fe-доломит, доломит, серицит. Рудные минералы: главный – пирит, второстепенные – арсенопирит, галенит, сфалерит; редкие – самородное золото, пирротин, буланжерит, гёссит, петцит, сильванит, цнигриит, халькопирит, электрум, тетраэдрит, фрейеслебенит, диафорит, стефанит. Руды раннерудного этапа минералообразования сложены кварц-серицит-карбонат-пиритовой, арсенопирит-пирит-кварцевой, золото-галенит-карбонатной и теллуридно-сульфотеллуридно-сульфосольной ассоциациями, суммарное содержание сульфидов в рудах составляет 1-2%. В метасоматитах развита редкая вкрапленность кубических кристаллов мышьяковистого золотоносного пирита (C_{As-среднее} = 1.17±0.1 мас. %, С_{Au-среднее} = 3.4±0.3 г/т). Ранняя жильная ассоциация представлена кварцем со значительными примесями Ni (до 61 г/т) и Cd (до 4.3 г/т) и низким содержанием РЗЭ (SРЗЭ = 0.5 - 1.2 г/т). Пробность самородного золота варьирует от 660 до 780‰. Впервые на месторождении Маринское описаны гессит, сильванит и цнигриит. В рудах позднерудного этапа минералообразования выделены кварц-пиритовая, пирит-кварцевая, золото-полисульфидно-карбонатная и Ag-сульфосольная ассоциации и отмечается увеличение содержания сульфидов до 5 %. Для околорудных пород и кварц-карбонатных жил характерен низкомышьяковистый пирит пентагон-додэкаэдрической формы. Концентрации РЗЭ в кварце достигают 29.6 г/т., а в их распределении наблюдается обогащение легкими лантаноидами (LREE/HREE = 13.4-13.8) и малоамплитудная положительная Eu-аномалия (Eu/Eu* = 1.3-1.6). В зернах и агрегатах низопробного золота (до 600‰) развиты каймы и просечки электрума. Пострудный этап минералообразования представлен минералами кварц-карбонатной ассоциации. Установленные общие и специфические характеристики минералого-геохимического состава разновозрастных руд месторождения Маринское важны для правильной оценки металлогенического потенциала телескопированных руд.

Задачи мониторинга часто требуют установки временных или локального уплотнения существующих сейсмических сетей. Высокая стоимость стандартных широкополосных сейсмометров ограничивает возможности увеличения количества пунктов регистрации. Альтернативой является их полное или частичное замещение более бюджетными сейсморазведочными геофонами с последующим расширением частотного диапазона записей методом низкочастотной деконволюции. Предложена методика оценки применимости комплектов аппаратуры геофон-регистратор для задач сейсмологического мониторинга на основе измерений аппаратурного шума регистратора и паспортных характеристик датчика-геофона. Показано, что использование современных малошумящих регистраторов и низкочастотных геофонов обеспечивает чувствительность, достаточную для мониторинга локальной и региональной сейсмичности. Также предложен новый способ определения предельно допустимого значения для частотной коррекции записи конкретного землетрясения (для этого итеративно сопоставляются амплитудно-частотная характеристика записи аппаратурного шума регистратора и записи после деконволюции). Получается, что чем интенсивнее землетрясение, тем эффективнее расширение спектра его записи. На примере записи Колыванского землетрясения (М=4.3, эпицентральное расстояние 30 км) показана возможность восстановления спектра записи до 0.3 Гц для геофона с собственной частотой 4.5 Гц. Благодаря этому амплитуда сигнала выросла более чем в 3 раза, а процесс идентификации фаз и определения времен прихода целевых волн заметно упростился. Показано как, используя сейсмический режим в месте предполагаемой установки сети, можно оценить будут ли искажаться записи землетрясений, произведенные предполагаемым комплектом, и предварительно определить его применимость. Метод апробирован на примере выбора оборудования и обработки данных временной сейсмологической сети в дельте р. Лены.

Рассмотрены результаты магнитотеллурических исследований по профилю п. Медвецкое – п. Тогучин, расположенному в зоне сопряжения южной окраины Западно-Сибирской плиты и ее горно-складчатого обрамления – Алтае-Саянской складчатой области. Профиль пересекает элементы трех крупных тектонических структур: Салаирского покровно-складчатого сооружения, Горловского прогиба и Доронинской впадины. Показаны основные различия в геоэлектрическом строении этих структур, а также блоков, выделенных в их пределах. Проводящая неоднородность, выявленная в земной коре Салаирской рудной зоны, рассматривается как перспективная область с наибольшей вероятностью обнаружения коренных месторождений эндогенного генезиса. Области повышенных значений удельного электрического сопротивления (3*10³ Ом·м), выявленные на глубине около 1000 м на территории Восточного Салаира, интерпретируются как гранитоидные интрузии жерновского комплекса. Они располагаются на продолжении в северном направлении оси выступов кровли крупного батолита жерновского комплекса позднепермского возраста. В пространственной связи с этими гранитоидами обнаруживаются проявления геохимических аномалий олова, свинца, цинка и других элементов.

Андрей Алексеевич Трофимук – патриарх отечественной геологии нефти и газа, талантливый ученый, один из основателей СО АН СССР, организатор и бессменный директор на протяжении трех десятилетий Института геологии и геофизики СО АН СССР. Внес значительный вклад в укрепление сырьевой базы нефтяной и газовой промышленности России. В годы Великой Отечественной войны А.А. Трофимук с коллегами открыл в Башкирии крупные месторождения нефти, тем самым заложив основу новой нефтяной базы в Урало-Поволжье. Сформировавшиеся в военные годы черты характера – научно обоснованный подход к порученному делу, оптимизм, огромная воля при достижении цели, принципиальность, мужество – А.А. Трофимук пронес через всю жизнь. Он участвовал в научном обосновании и открытии Западно-Сибирской и Восточно-Сибирской нефтегазоносных провинций. Владислав Станиславович Вышемирский – известный российский ученый, выдающийся представитель сибирской школы геохимиков-нефтяников, специалист в области теории нафтидогенеза и условий формирования нефтяных залежей. Основные его работы посвящены теоретическим вопросам нефтяной и угольной геологии, оценке перспектив нефтегазоносности осадочных отложений Сибири. В 1985 г. он организовал новое направление исследований по прямым газогеохимическим методам поисков залежей углеводородов. В.С. Вышемирский был первым заведующим лаборатории геохимии горючих ископаемых в ИГиГ СО АН СССР и одним из организаторов кафедры «Геология месторождений нефти и газа» ГГФ НГУ.

В работе представлены результаты геохимических исследований аллохтонных битумоидов каменноугольно-нижнепермских отложений и нефтей Анабаро-Хатангской нефтегазоносной области. Установлено, что по основным геохимическим параметрам аллохтонные битумоиды нижнепермских отложений хорошо соотносятся с автохтонными битумоидами нижнекожевниковской и тустахской свит, которые были генерированы аквагенной составляющей ОВ. Показано генетическое родство нефтей и аллохтонных битумоидов, локализованных в пределах Нордвикского и Южно-Тигянского месторождений. Специфические особенности молекулярного состава исследованных проб указывают на накопление органического вещества в осадочном бассейне с высокой минерализацией вод, что предполагает условия формирования карбонатно-эвапоритовых отложений, типичных для девона. Вместе с тем, в связи с весьма скудной информацией по геохимии автохтонного органического вещества девонских пород, вопрос реализации прямых сопоставлений «нефти/аллохтонные битумоиды ↔ нефтематеринское ОВ», определяющий их генетическую связь, остается открытым.

В статье обсуждаются положения, на которых основано приводимое в литературе феноменологическое описание вызванной электрической поляризации (ВП) геологических сред. Согласно одному из них токи поляризации всегда направлены навстречу поляризующим токам, создаваемым источником тока. Кроме этого утверждается, что электрическое поле в поляризующейся среде равно сумме первичного поля и поля ВП. На примере измерений во временной области показано, что эти положения не согласуются с теорией электрических цепей и не позволяют правильно объяснить проявления ВП. Альтернативное, с учётом теории электрических цепей, объяснение, основанное на том факте, что удельное электрическое сопротивление поляризующихся сред зависит от времени / частоты, свободно от указанного противоречия.

Представлена новая концепция многофакторного моделирования фильтрации в техногенно измененных околоскважинных зонах (ОСЗ), объединяющая механическую кольматацию, фильтрационную деформацию скелета, термобарическое расширение породообразующих минералов и капиллярное защемление флюидов. Разработана обобщенная мультипликативная модель проницаемости:

позволяющая описывать радиальное и барическое распределения фильтрационных параметров. На основе анализа системы уравнений неразрывности и закона Дарси с переменными коэффициентами получены интегральные соотношения для расчета скин-фактора и дебита скважин. Установлено, что неучет совместного действия указанных механизмов приводит к систематическим относительным погрешностям (до 40–50 %) прогноза продуктивности в зонах максимального техногенного воздействия. Предложен дифференцированный подход к выбору методов интенсификации притока на основе идентификации доминирующего механизма поражения ОСЗ.

Проведены экспериментальные исследования по моделированию резорбции алмаза в процессе окислительного мантийного метасоматоза при давлении 6.3 ГПа, температуре 1000-1300 °С и fO₂ соответствующей буферам WM (вюстит-магнетит) и HM (гематит-магнетит). Кристаллы алмаза были помещены в агрегат форстерита и диопсида с добавлением воды в количестве от 1 мас. % до 4 мас. %. В результате были реализованы реакции окисления алмаза в системах «форстерит-алмаз-Н₂О» и «диопсид-алмаз-Н₂О» в твердофазной матрице, в соответствие с равновесиями EMOD (энстатит-магнезит/оливин-алмаз) и DCDD (доломит-коэсит/диопсид-алмаз). Изучено изменение морфологии резорбированных алмазов и состав новообразованных фаз в зависимости от содержания воды в системах. Установлено, что при относительно малых (до 2 мас. %) содержаниях воды в системе растворение/резорбция алмаза происходит преимущественно отрицательными тригонами и тригональными слоями. В результате полученные в процессе резорбции формы алмаза, подобны так называемым ламинарным ромбододекаэдрам или кристаллам октаэдрического габитуса с полицентрическим строением граней, которые традиционно относят к типичным ростовым формам алмаза. При более высоких концентрациях воды (4 мас. %) резорбция алмаза происходит с образованием дитригональных и щитовидных слоёв на гранях {111}, которые являются типоморфными для процессов растворения алмаза в водосодержащих расплавах и флюидах. Типичные округлые кристаллы алмаза в системе «форстерит-алмаз-Н₂О» не установлены вследствие неравномерной резорбции поверхности.

Для метаосадочных пород неройской серии, развитых в Гутаро-Туманшетском прогибе, предполагался палеопротерозойский возраст, что допускало их корреляцию с отложениями Урикско-Ийского и Елашского грабенов на юго-западе Сибирского кратона. В работе представлены первые данные по возрасту циркона из гранат-биотитовых гнейсов, гранат-двуслюдяных сланцев и кварцитов алхадырской и туманшетской свит неройской серии. Возрастные спектры детритовых цирконов включают доминирующие неопротерозойские (1100-600 млн лет) и подчиненные палеопротерозойские и архейские значения. Верхнюю границу осадконакопления определяет возраст гранитов Мальханского массива и габброидов Тартайского массива, интрудирующих отложения неройской серии на рубеже 740-712 млн лет. Нижнюю границу осадконакопления фиксируют наиболее молодые зерна циркона с возрастом 765-745 млн лет и осцилляторной зональностью, присущей магматическим цирконам, что ограничивает формирование осадочных отложений неройской серии криогением. Формирование незональных цирконов с возрастом ~600 млн лет и аномально низким Th/U (<0.1) в породах алхадырской свиты связано с вендским метаморфизмом, широко проявленным в складчатых структурах юго-западного обрамления Сибирского кратона. Возраст детритового циркона в сочетании с модельным Nd возрастом гнейсов и сланцев (2.7-1.9 млрд лет) свидетельствуют о том, что в питающей провинции были представлены раннедокембрийские магматические/метаморфические комплексы и доминирующие неопротерозойские магматические ассоциации, образованные в результате переплавления более древней, палеопротерозойской коры. Этим условиям удовлетворяют раннедокебрийские породные ассоциации Шарыжалгайского, Бирюсинского и Ангаро-Канского блоков юго-западной части Сибирского кратона и неопротерозойские гранитоиды Заангарской части Енисейского кряжа, соответственно. Предполагается, что формирование Гутаро-Туманшетского прогиба в позднем неопротерозое происходило на раннедокембрийском основании во внутриконтинентальной обстановке.